Личность против личности

Тема в разделе "Обучение шахматам", создана пользователем MrTwister, 15 июл 2013.

  1. MrTwister

    MrTwister Продвинутый

    0
    965
    +132 / -0
    Проблема принятия решений в стрессовых ситуациях издавна привлекала людей, вынужденных по роду своих занятий часто действовать в состоянии неопределенности, когда выбор одной из нескольких приемлемых альтернатив (такой не сложный во время теоретических дискуссий!), оказывается, заставляет проявлять силу характера – ведь выбор делается по мотивам, которые самому до конца осознать трудно. Для тех, кто в своей повседневной работе сталкивается с необходимостью мыслить быстро, решительно, порой на грани риска, не всегда имея возможность на ходу исправить все минусы принятого решения (а действовать надо было непременно!), для этих людей шахматы представляют отличную игровую модель для развития способности ориентироваться в потоке самой разнообразной информации.

    Естественно, что в наши дни, когда почти все профессии требуют напряженного мышления, весь мир захлестнуло увлечение шахматами. К сожалению, традиция рассматривать шахматы только как игру видимыми пешками и фигурами все еще сильна в сознании не только любителей, но и шахматных теоретиков, которые совершенно игнорируют философское содержание игры.

    В шахматах, как и в любой другой сфере человеческой деятельности, проявление индивидуальности столь же необходимо, сколь естественно. В то же время в шахматах сохраняется опасность потерять самобытность, индивидуальность. Тем не менее каждый крупный шахматист–это личность. В облике шахматиста сплавлено все – богатство воображения, стремительность решений и действий, отношение к нравственным ценностям, индивидуальность характера. Порой в этом облике звучат трагические ноты (Эйнштейн о Ласкере), порой он сложен, малопонятен и невротичен (Фишер), иногда он скрыт за непроницаемой маской простодушия (Карпов), демонизма (Таль). Но во всех случаях всегда и везде в шахматах сталкиваются личности, цель и смысл поведения их определяются неумолимыми законами борьбы.

    «Всякого рода бои отличаются лишь с внешней стороны. Правящие ими законы всегда одинаковы. В этом смысле войной считается конкуренция, погоня за правдой, красотой или счастьем; все эти виды боев похожи друг на друга, а одновременно и на шахматную игру»,–писал в своем учебнике Ласкер. В наши дни это откровенно конфликтное содержание получило сильное подтверждение во всем том, что касается психологии шахмат. Идет ли речь о напряжении отборочного соревнования, о подготовке к турниру или встрече с конкретным противником, о планировании или анализе действий – везде и всюду мы встречаемся с психологическими факторами борьбы, а именно они окрашивают в единый тон внутренний облик личности, неповторимый, как отпечатки пальцев.

    В борьбе сходятся закаленные в многолетних сражениях бойцы, чья нервная система покрыта шрамами, и молодые, еще плохо защищенные от жизни люди, только начинающие свой путь в больших шахматах; люди с обеспеченным положением и интеллектуальной ленью, неудовлетворенные честолюбцы, видящие в шахматах единственное средство достижения жизненного успеха. У каждого своя жизненная мудрость. Разве шахматное творчество не отражает ее?

    Да и само течение партии полно внутреннего нервного напряжения. Попробуйте преодолевать волю сидящего напротив человека долгих пять часов, ни разу не взглянув ему в глаза, разве что в момент рукопожатия,–таково требование этикета. Стократ составлен и перекроен замысел боя, и сейчас в дебюте, быстро и внешне беспечно передвигая фигуры, гроссмейстер предельно внутренне собран как бы случайно не сделать иной, пусть даже хороший, но не намеченный заранее ход. Десять, пятнадцать ходов – потрачены считанные минуты, и вот ситуация достигает апогея одна из сторон выигрывает дебютное сражение–через ход-два возникает позиция, которая при подготовке к партии была тщательно исследована и разыграна чуть ли не до голых королей. Тут-то и сдают нервы. И не так уж часто оправдываются гордые, полные мужества слова Ласкера, сказанные им перед планировавшимся в 1913 году матчем с Рубинштейном: «Вероятно, каждому из нас не раз в течение матча радостно улыбнется победа, и не раз холодными, злыми глазами уставится в лицо поражение, но ни один из нас, надо думать, не потеряет от этого самообладание».
    К сожалению ли, к счастью, индивидуальные черты личности пока еще мало подвластны аналитическому «вскрытию». У каждого из нас много причуд, формирующих наш внешний да и внутренний облик. Вас может раздражать пестрый галстук партнера, а уж если он держит чашку с чаем двумя руками, тут уж невмоготу. Вас нервирует очередь в буфет. Самая ничтожная мелочь, которая завтра навсегда забудется, сегодня тревожит вас, заставляет ходить чуть быстрее, чем обычно, по сцене, но это сегодня, когда от вас требуется самая деятельная, самая четкая работа. Все мы живые люди, ранимые и чувствительные. По мнению Таля, поведение Фишера в начале матча 1972 года было продумано и спланировано психологом высшей квалификации, хотя и было на редкость рискованным. После неявки Фишера на вторую партию Спасский должен был «сидеть и думать, какой же на самом деле счет в матче». Здесь, в эпизоде со второй партией, видимо, была, так сказать, доведена до предела атмосфера психологического давления, рассчитанная и на сугубо индивидуальные черты характера Спасского, которому трудно играть с противником, неприятным ему по стилю или манерам поведения.

    Это–сознательный прием выведения противника из душевного равновесия, пусть даже на короткий срок, но психологически более сильный, чем те, что можно найти в старых книгах Дамиано или Лопеса «солнце пусть светит в глаза партнеру», «если игра при свечах, то свеча пусть горит по правую руку от партнера» и т. п. Ныне на весы бросаются все факторы, способные воздействовать на психологическое состояние соперника.

    ...Матчи за чемпионские звания играют отнюдь не новички, играют профессионалы. Для гроссмейстеров главная трудность совсем не в том, чтобы разгадать тип позиции, разыскать комбинационный удар или способ выстроить стенку из пешек. Всеми этими практическими, техническими приемами современный гроссмейстер обвешан, словно банановое дерево плодами. Вопрос стоит по-иному. Чем воспользоваться из арсенала этих приемов, что применить раньше, а что потом, как будет реагировать противник на тот или иной прием? И далеко не последнее слово в этих мыслях (и чувствах) занимают рефлексивные рассуждения.
    Приемы рефлексивного управления, базирующиеся на сугубо шахматном содержании, являются, конечно, естественным оружием борьбы, как и другие технические средства Приемы же поведенческого содержания, воздействующие на психику партнера, основанные на обмане и лжи, по моему мнению, безнравственны и опасны. Об этом надо говорить открыто и без обиняков. Вопрос о социально-этической оценке лжи в спортивных состязаниях сложен, и любой плебисцит вам покажет спектр различных мнений–от категорически отвергающих до категорически оправдывающих. Я на стороне первых. Безнравственность лжи ничуть не менее очевидна, чем безнравственность подсказки. Удивительно лишь, что откреститься от обвинения в подсказке считается делом чести – в шахматной истории полно подобных примеров, а об обмане (или, мягче сказать, введении в заблуждение с помощью различных уловок) можно писать чуть ли не с симпатией.

    Нельзя забывать о том, как велик нравственный урок честной борьбы. Воспитывая в детях любовь к прекрасному и уважение к партнеру (не противнику!), стойкость духа и умение переносить неудачи, самокритичность и душевную щедрость, мы должны сосредоточить все внимание на этих психологических качествах – качествах достойного человека. Шахматы не должны становиться чем-то вроде жизненного экзамена, сдать который необходимо во что бы то ни стало. Играйте на здоровье, на радость себе, друзьям и будьте честны и благородны в этой игре и в этой борьбе.
     
    • Нравится Нравится x 1